Не думал, что выйду оттуда живым. Часть II

Продолжение. Начало здесь.

Итак, я в жуткой промзоне. В Подмосковье. Из всех людей, которые меня окружают, я знаю только одного, и то весьма приблизительно. Я на втором этаже трансформаторной будки. Осматриваюсь. В комнатке есть все признаки уюта — покрытая золотой краской горячая батарея, массивный стол, потёртый диван, книжная полка, на которой соседствуют сборники законов по земельному кодексу и философские труды апологетов суфизма. Взял книжечку с биографиями великих людей, полистал — Александр Македонский, Ульянов (Ленин), Наполеон… На подоконнике нашёл календарик. О, нет, это не календарик. Это график намазов на февраль с рекламой Азербайджанских авиалиний. Ладно, пора выставляться.

Тем временем в соседней комнатке, оформленной под кухню (плита, холодильник, раковина умывальника) — дым коромыслом. Мои заказчики разбирают оборудование и продукты. Сушисты стайкой стоят и молчаливо наблюдают за процессом. Один из заказчиков со второй попытки смог объяснить, что надо скинуть верхнюю одежду. Сушисты что-то почирикали между собой, разделись.

Чёрт-чёрт-чёрт, — зазвенели стёкла от негодующего крика. Забыли купить полиэтиленовые перчатки, в которых обычно работают повара. Заказчики пошептались между собой, я понял, решили обойтись без них. Но с сожалением, надо сказать.

Я в «своей» комнатке готовлюсь. Развернул стол подальше от окна, поставил на него лайткуб. Это такой складной домик для предметной съёмки. Внутрь ставится тарелка с едой, или что угодно другое. Через белые тканевые стенки я подсвечиваю объект осветителями, получается приятный мягкий световой рисунок. И удобно для дальнейшей обработки — на белом фоне только яркое блюдо, равномерно обработанное светом. Выставил свет, жду. Листаю книжку про гениев и злодеев. Слышу краем уха — процесс идёт.

Сушистов, оказывается, пригласили, чтобы посмотреть, как они умеют крутить роллы. На предмет дальнейшего трудоустройства. Но вот незадача. Первый взявшийся за острый японский нож сушист чуть не отсёк себе полпальца. Похоже, залил кровью всю кухню. Это я всё слышу, сам про Жанну д’Арк почитываю. В голове, конечно, разные мысли крутятся. Времечко бежит. Полсмены уж пролетело, а мы ни в одном глазу. Как-то чем-то замотали раненого. Наконец подоспели первые позиции — суши. С лососем, угрём, тунцом и пр. Мне радостно приносят — начинай. Гляжу в видоискатель — не круто. Рис развалившийся, какой-то мутный. Спрашиваю ребят, лучше никак не получится? Посмотрели на монитор фотоаппарата, задумались. Да, это не пойдёт. Перевариваем рис.

В моём штабе появляется новый заказчик, уже третий. Просит показать, что получилось. Да, вообще-то, ещё ничего не получилось. Начинает мне рассказывать, как снимать. Эмоционально размахивает руками, объясняя как должно быть. На макбуке показывает украинский сайт, как надо. О, боже, я попал. Когда заказчик начинает рассказывать фотографу, как снимать — это жопа. Хуже только когда он по ходу съёмки начинает «творить» — выдумывать, как будет «покрасивше». Чаще всего у этих людей полностью отсутствует пространственное мышление, чувство композиции и какой-либо вкус. Зато упёртости и самомнения с избытком. И тогда мне искренне жаль моих вкусных моделей. Пока творца колбасит креативом, блюда теряют свой вид. Сжимаю зубы. Куда я денусь с подводной лодки?

Принесли роллы. Долго спорим насчёт ракурсов, у меня есть преимущество — я знаю как лучше, и у меня есть монитор, на котором можно показать фотку. В конце концов выбрали оптимальное решение, потёк конвейер. Мне приносят, я щёлкаю, уносят. Подтянулись и встали сзади безмолвные сушисты. Смотрят на мою работу как на чудо. Прогнал, терпеть не могу кого-либо за спиной. Дело спорится — несут гунканы. Ну это ещё проще снимать, главное, чтобы не были кривыми. Но повар, я чувствую, вошёл в раж, всё отлично.

Третий заказчик не унимается. Как я и опасался, дело идёт к творчеству. Рявкнул и на него. Что удивительно, ушёл. Причём, совсем. Я с облегчением выдыхаю, спокойно работаю. За окном темнеет. Приготовился рис получше, появились хорошие суши. Так потихоньку и отснимем всё, что надо.

Сушисты замельтешили. Беспокойно мечутся от стены к стене, топчутся. Стреляют острыми глазами по углам. Я поближе придвинулся к штативу с камерой, мало ли что. Парламентёр, тот который знает несколько слов по-русски, очень сложносочинённо сообщает заказчику, что пора. Речь его выходит изо рта тяжело, он с трудом подбирает звуки, единственное слово, которое лихо произносится — «бля». Лёгкость его вставки в бессмысленные наборы русских букв ещё больше усложняет понимание. Путём перекрёстного допроса заказчик начинает понимать, что сушисты не рассчитывали на такое продолжительное знакомство. У них есть свои неотложные дела, а у одного ещё и брат, у которого сегодня день рождения, бля. Заказчик несколько раз спрашивает, всем ли им надо ехать? Парламентёр ведёт себя как партизан — в ответ на вопросы он крутит головой головой, делает какие-то жесты руками. У индийцев есть подобная манера — они неопределённо качают головой, и не понятно, что имеется в ответ, да или нет. Вытащили показания — ехать надо всем. Заказчик вызывает по телефону такси до станции электрички, после чего связь благополучно рвётся. Отправляет сушистов к воротам владения ловить машину. Больше я их никогда не видел.

Без сушистов и третьего заказчика работа пошла ещё скорее. Да и время близится к ночи, пора и честь знать. Повар готовит, я снимаю. Пару раз заглядывал Барон, шутил, улыбался. Заходили замотанные оренбургскими платками восточные люди, похожие то ли на солдат разбитой наполеоновской армии, то ли на ходоков к Ульянову (Ленину). Смотрели на мой куб и пыхающие вспышки, молчали, уходили.

Около десяти вечера мы отсняли финальный ролл. Больше на сегодня нет. Победа! Собрали манатки, двинулись в Москву, слушая по радио результаты голосования сограждан. Да, чуть не забыл, это было в важный для страны день в начале марта.

Что ж, дело сделано. Дома я отмок в ванной с таёжными солями. Через неделю ещё раз туда съездил — доснял остатки. Уже с дизайнером. В таком режиме всё гораздо спокойнее. Потом в подъездах города Одинцово и почему-то в московском Ясенево появились листовки доставки японской кухни с моими картинками. Аминь.

Обсудить

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.