звонил Офелии

вспомнилось вдруг…

это в конце девяностых было.
жил я в коммуналке на краю Люберец, работал в небольшой ювелирной фирме там же, 10 минут неспешной ходьбы от дома. контора та ещё, мы золото бормашинкой обрабатывали – золотая пыль летела во все стороны. но это не важно, я там был проездом. думаю, они скоро разорились. по крайней мере, платили уже тогда неохотно и с задержками.
зато кормили. а у меня такой период в жизни был, что это вполне устраивало.

так вот. за соседнем верстаком учился мастерству ювелира-монтировщика грузин, не могу вспомнить имени. приятный парень, лет 35-ти. раньше был театральным режиссёром в Тбилиси, но судьба занесла сюда. вот теперь осваивал новую профессию.
тяжело ему давалось. я помогал чем мог, на этой почве мы как-то сдружились.
в какой-то общенародный праздник, кажется, Женский день, начальство выплатило долгожданную зарплату, накрыло работничкам поляну, выставило крепких алкогольных напитков. и мы самоотверженно начали праздновать.
мой товарищ чуть увлёкся, я не успел оглянуться, как он уплыл в космическую бездну. 
праздник близился к развязке, надо было с ним что-то делать. членораздельную речь он уже не мог воспроизвести, что уж говорить о межгалактическом перелёте Люберцы-Кузьминки!
я принял волевое решение спасти коллегу. донёс его к себе домой, уложил в кровать, поставил тазик.
а самого распирает жажда приключений. энергия праздника и алкоголь бурлят в моих жилах, решил я поехать в город.
в Маяк, на Маркшейдер Кунст!
предварительно повесил на цепочку с нательным крестом товарища ключи от комнаты и квартиры, написал записку, что и как. перед уходом попробовал растолкать его – помню, он женат, наверно, волнуется супруга. под нечеловеческой пыткой выудил из него семь цифр. жену-то как зовут, спрашиваю. Офелия, было мне в ответ, нечто среднее между стоном и рычанием.
бывает, думаю.
дома у меня телефона не было. по дороге к электричке воспользовался таксофоном, но продиктованный номер оказался неверным. лимит добрых дел у меня на тот день закончился, я не стал морочиться и двинул дальше.
концерт был прекрасен, переполнявший меня драйв реализовался в дикий танец, что-то типа шаманства Джима Моррисона. непривычно полный кошелёк толкал на новые приключения, я чуть было не уехал в Питер. но вместо этого с маркшейдерами поехал к ним подвал на Сретенке. посидели-потрещали, в предрассветный час я вспомнил о человеке в тяжёлом состоянии у меня дома и отправился в свой загород. мало ли что.
гостя своего я обнаружил лежащим с открытыми глазами. на стене напротив кровати у меня висел флаг Rage Against the Machine, изображавший монахинь с винтовками навскидку. остекленевшие глаза товарища уставились в него. небритое лицо было бледно-сине-зелёным.
— хорошо, что ты пришёл, вдруг зашевелились его губы.
он жив, обрадовался я.
— как ты, дорогой?
— плохо, говорит. вот смотрю на этих девушек, и ещё хуже становится.
я свернул флаг, покормил чем бог послал. он, вроде, начал в себя приходить. хорошо, что я в Питер не уехал.
— слушай, говорю, не дозвонился я по тому номеру, который ты мне продиктовал.
— ага, одна цифра неправильная.
— а как жену твою зовут?
— так и зовут, Офелия.
ну хорошо.

в сценарии, над которым сейчас работаю, имя главного героя – Гамлет. грузин. думаю, эта история с ним никак не связана. просто совпало.

звонил Офелии: 2 комментария

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.